Губерман И.

Если друг тебя обманет, Если сердце жить устанет И душа твоя увянет, - В дальней стороне Вспомни обо мне. Если кто тебе укажет На могилу и расскажет При ночном огне О девице обольщенной, Позабытой и презренной, О, тогда, мой друг бесценный, Ты в чужой стране Вспомни обо мне.

О женщинах. Игорь Губерман

Я тщательно, порой до неприличия, найти пытаюсь тайное тавро: Я лист объявлений в газетах люблю и даже порою читаю:

Игорь Губерман «"Не зная зависти и ревности"». Всё о книге: оценки, отзывы, издания, переводы, где купить и читать.

Хоть я свои недуги не лечу, однако, зная многих докторов, я изредка к приятелю-врачу хожу, когда бедняга нездоров. Я курю возле рюмки моей, а по миру сочится с экранов соловьиное пение змей Мй восторг от жизни обоснован, Бог весьма украсил жизнь мою: В эпоху той поры волшебной, когда дышал еще легко, для всех в моей груди душевной имелось птичье молоко. Слегка душа очнулась в теле. Но чувство странное, что я - башмак, который не надели.

С утра неуютно живется сове, прохожие злят и проезжие, а затхлость такая в ее голове, что мысли ужасно несвежие. С утра суется в мысли дребедень о жизни, озаренной невезением, с утра мы друг на друга - я и день - взираем со взаимным омерзением.

Эту книгу не следует читать как источник непре- рекаемой истины, ибо таковой в природе нет. Эту книгу не следует читать, ища житейской муд- рости, ибо автор сам по ней тоскует. Эту книгу не следует читать ради полезных мыс- лей, ибо они всегда противоречат друг другу. Эту книгу не следует читать в надежде на советы и рецепты, ибо умному они не нужны, а дураку не помогут.

«Дурная слава» (другой вариант перевода «Печально известные»; англ. Notorious) Между нацистом и Алисией завязывается роман, а его ревность Ингрид Бергман — Алисия Губерман; Кэри Грант — Девлин; Клод Рейнс.

Скачать полностью А самоуверенность с самодовольством — безусловно, пакостные и опасные черты, но только в молодом и зрелом возрасте. А в старости они необходимы, ибо кошмарно трудно без них жить. Выказывать, конечно, их не следует, однако именно они — те последние корни, что ещё поят скудным соком старческое прозябание. И жалко тех, в ком эти корни усыхают. Лично я в себе их прячу, но благословляю и лелею. Тут, по-моему, ошибся или недодумал Свифт.

Всё это рассмотрев и обсудив, я безмятежно окунулся в свою светлую и непогрешимую старость. И ни минуты не кручинясь, признаю, что это омерзительный сезон. А если кто-то думает иначе, пусть он позвонит, и я легко могу его разубедить.

Автор афоризмов «Игорь Губерман»

Вчера я бежал запломбировать зуб, и смех меня брал на бегу: Когда я в Лету каплей кану, и дух мой выпорхнет упруго, мы с Богом выпьем по стакану, и, может быть, простим друг друга.

Игорь ГУБЕРМАН . Глупость советской власти - не в идеологической ревности, а в чисто практической недальновидности: ни один режим не.

Третье правило волшебника Об авторе Игорь Миронович Губерман р. Игорь Губерман родился 7 июля года в Харькове. В году окончил МИИТ, получив диплом инженера-электрика. Несколько лет работал по специальности, параллельно занимаясь литературой. В конце х познакомился с А. Писал научно-популярные книги, но все активнее проявлял себя как поэт-диссидент.

Игорь Губерман о любви

Ко мне по ходу выпивания — о чём бы рядом ни кричали — приходит радость понимания, что дух наш соткан из печали. Наш путь извилист и неровен, а жребий тёмен и превратен, и только жирный чад жаровен везде всегда надёжно внятен. В года весны мы все грешили, но интересен ход явления:

Нелепы зависть, грусть и ревность, и для обиды нет резона, я устарел, как злободневность позавчерашнего сезона. (с) И.Губерман

Теперь со мной живет жена, А ночью снится тишина. В любом и всяческом творце Заметно с первого же взгляда, Что в каждом творческом лице Есть доля творческого зада. В неволе я от сытости лечился, Учился полувзгляды понимать,.

Порок: Зло

В них он точно и метко подмечает все реалии жизни, со всеми её взлётами и падениями, радостями и горестями. Иногда он высказывается немного резко, но лишь потому, что это такая же неотъемлемая часть нашей жизни. Остаётся только удивляться, как можно вместить такое ёмкое и хлёсткое наблюдение в коротенький стишок.

Но Губерман все-таки приехал, чем осчастливил своих . и певица Марина Орлова: Вдова Задорнова из ревности не разрешила мне.

Вдруг в ответ на чей-то взгляд Вырвал корни я из почвы, и они по ней болят. Прав еврей, что успевает но в России не свивает долговечного гнезда. Я хотел бы прожить много лет и услышать в часы, когда пью, что в стране, где давно меня нет, кто-то строчку услышал мою. Вдовцы Ахматовой и вдовы Мандельштама - бесчисленны. Душой неколебим, любой из них был рыцарь, конь и дама, и каждый был особенно любим. Мне вновь напомнила мимоза что в сердце всажена заноза российской слякотной весной.

В русском таланте ценю я сноровку злобу менять на припляс; в доме повешенных судят веревку те же, что вешали нас. В России сейчас от угла до угла бормочет Россия казенная про то, что Россию спасти бы могла Россия, оплошно казненная. В те трудные дни был открыт мне силы и света источник, когда я почувствовал стыд В любви и смерти находя неисчерпаемую тему, я не плевал в портрет вождя, поскольку клал на всю систему. Из русских событий пронзительный вывод взывает к рассудкам носатым:

Игорь Губерман и его гарики - о женщинах, любви и жизни

Моим ровесникам с душевным сочувствием Сумерки всего Сегодня утром я, как всегда, потерял очки, а пока искал их — начисто забыл, зачем они мне срочно понадобились. И я тогда решил о старости подробно написать, поскольку это хоть и мерзкое, но дьявольски интересное состояние. Я совсем недавно пролетел над ровно половиной земного шара, чтобы выпить на солидном юбилее старого приятеля.

Игорь Губерман. Нелепы зависть, грусть и ревность, и для обиды нет резона , я устарел, как злободневность позавчерашнего сезона. Чтоб делался.

И чтоб достичь ее верней, И день и ночь стремится к ней. Ни сна, ни отдыха ей нет, А сердцу - боль, а сердцу - вред. Как жалкий пес, завистник бедный Страдает, отощавший, бледный И, задыхаясь в лютой злобе, На всех он смотрит исподлобья. Смеется Зависть нам на горе, Когда корабль потопит в море. Себастиан Брант От сына подлеца что ждать нам, кроме зла, Живет змееныш так, как мать-змея жила. Парадокс Истерзала меня эта дума вконец безысходностью многолетней: Станислав Лец Он пленник нрава своего дурного.

Покорная овца безвинно умирала На бойне под ножом кровавым мясника, А стадо робкое безропотно стояло, На смерть ужасную смотря издалека, И очереди ждало. Свирепый боров дикий мимо проходил И злобно насмехался и дразнил Дрожащее, беспомощное стадо: Наш кроткий род таков, Что нет у нас клыков, Но мы пред нашей смертью лютой и ужасной Глядим в глаза врагов И знаем, умирая: Пергамент - для судебных кляузных писаний, Раздоров, пререканий И звонкий барабан, зовущий в"поле браней", Ведущий в смертный бой озлобленных людей.

Давно сторицею отмстили за барана — Перга менты и барабаны! Пускай дурной молвы печать твой дом не потревожит; Ты злом на зло не отвечай - оно лишь горе множит. Абдуррахман Джами Сначала мысль была, ее затмило зло, Потом на место зла раскаянье пришло.

Игорь Губерман «"Не зная зависти и ревности..."»

А от себя избавиться … можно, конечно…. Он же Причудливее нет на свете повести, Чем повесть о причудах русской совести : Он же Мне еще вот это нравится: Не ведая притворства, лжи и фальши, Без жалости, сомнений и стыда От нас уходят дети много раньше, Чем из дому уходят навсегда.

Не зная зависти и ревности, мне очень просто и легко доить из бурной повседневности уюта птичье молоко.

, , . , . . , , , , , , . ? , ! , , , .

И. Губерман

Готов я без утайки и кокетства признаться даже Страшному суду, что баб любил с мальчишества до детства, в которое по старости впаду. Создатель дал нам две руки, бутыль, чтоб руки зря не висли, а также ум, чтоб мудаки воображали им, что мыслят.

Читай онлайн книгу «Гарики предпоследние», Игоря Губермана на сайте или через Автор:Игорь Губерман. .. а баба в ревности – божественна.

И все у него, в конце концов, сложилось: А у меня почему-то слезы на глазах и я верю, когда он говорит о себе как о трагике, хотя пишет то, что проходит у всех по части юмора. Сын еврейской земли и российской культуры, Игорь Губерман не чувствует понимания и близости со своими братьями по крови впрямую: Еврей везде еврею рад, в евреях зная толк, еврей еврею - друг и брат, а также - чек и долг.

Игорь Губерман любит русский мат, считая его лучшим в мире, и вряд ли найдется кто-то, кто ему будет возражать. Как всегда точно и емко. Детство вспоминает с юмором: Пошел в железнодорожный институт, потому что родители, несмотря на интеллигентность, сказали, что выбирай такую профессию, которая могла бы прокормить семью. Она и кормила его многие десятилетия, и на воле и в тюрьме, и даже жену помогла выбрать. Живя в загадочной отчизне, из ночи в день десятки лет мы пьем за русский образ жизни, где образ есть, а жизни нет.

Самым большим своим достижением, которым гордится больше, чем своими книгами считает точный расчет выгребной ямы в сортире, который построил, находясь в Красноярской ссылке. С народной мудростью в ладу, и мой уверен грустный разум, что, как ни мой дыру в заду, она никак не станет глазом. Вот такой это веселый человек с грустными газами, умными словами, навсегда закопавший в русской земле частичку своей души.

Анна Козакова: - Я люблю влюбляться